lupandin (lupandin) wrote,
lupandin
lupandin

Ницше - 2 (продолжение)

И тем не менее Папа Бенедикт XVI в энциклике Deus caritas est цитирует Ницше. Это первый случай, когда в папской энциклике цитируется Ницше. Папа, правда, цитирует не «Антихристианин», а другую, более раннюю работу Ницше – «По ту сторону добра и зла». В какой связи? Папа полемизирует с Ницше, утверждающим, что христианство отравило источники любви. Эта мысль у Ницше стержневая, и она высказывается им в ряде произведений, в том числе и в «Антихристианине». Итак, христианство отравило источники любви, отравило «эрос», подменило его «агапе». Вы знаете, наверное, о различии между «эросом» и «агапе». Это два вида любви. Об этом подробно пишет Папа в упомянутой энциклике. Папа оспаривает, конечно, этот тезис Ницше, но, по крайней мере, воспринимает его всерьез. Для Папы утверждение Ницще – это некое серьезное возражение. Как в схоластических «Суммах». Фома Аквинский ведь тоже всегда начинает с возражений. Он никогда не начинает сразу высказывать свое мнение. Он сначала приводит возражения против того тезиса, который он собирается доказывать. Представляется, что христианство отравило источники любви, христианство изгнало эрос, запретило любовь и т.о. как бы кастрировало всех. Опять этот образ паука. Только теперь уже упрек в улавливании душ в паутину долга адресуется не Канту, а христианству, христианской морали. Христианство, как и Кант, лишает людей способности любить эротической любовью, подменяя любовь долгом. Вспомните аргумент Шиллера, выдвинутый им против нравственного императива Канта. Получается, что если следовать нравственному императиву Канта, то надо жениться на самой некрасивой женщине; ибо если жениться на красивой, то к супружескому долгу будет примешиваться удовольствие, и это снизит этическую ценность поступка.
Проблема очень интересная, очень важная. И то, что Ницше ее «вскрыл», как у нас говорили в советское время («Маркс вскрыл противоречия»), это интересно, это важно, и Папа Бенедикт XVI решил по этому поводу высказаться.







Здесь возникает вопрос: чем движется любовь, откуда любовь проистекает (будь то эрос или материанская любовь и т.д.)? Каковы источники любви? Этот вопрос ставит Папа, и этот вопрос ставит Ницше. Но Ницше решает его неправильно. И вот почему. В своем произведении «Утренняя заря» Ницше пишет: «Христиане говорят: благодать, а я говорю: величайшее напряжение всех сил человека». Ницше, конечно, понимал, что значит «величайшее напряжение всех сил человека». Он был лектор и писатель, он уставал, у него были сильные головные боли. Ницше – человек, привыкший страдать и знал, о чем пишет. И ему казалось, что эта его гениальность, эта его одаренность (т.е. благодать, которую он получил свыше) есть результат его работы, его волевых усилий. С христианской же точки зрения здесь есть некая синергия: взаимодействие нашей свободной воли с Божьей благодатью. Мы даем своё, а Бог – своё. А по Ницше получается, что мы даем всё, а Бог ничего не дает. Более того, христианство, мешает человеку самореализоваться, как бы подрезает ему крылья. Человек огромным напряжением собственных сил создает нечто, а его топят. А сама идея, что в основе лежит воля – это вытекает из философии Шопенгауэра, под огромным влиянием которой находился Ницше.
Вот как происходило всё это. Ницше родился в 1844 году в семье лютеранского пастора и, конечно, получил очень строгое христианское лютеранское воспитание. Отец Ницше был пастором, и мать Ницше была дочерью пастора. Отец умер сравнительно молодым, когда Ницше было всего 5 лет, и его воспитывали мать и бабушка (мать отца), которая тоже была женой пастора. Т.е. вокруг были одни пасторы, пасторские жены и пасторские дети. Протестантская паутина. И этого талантливого, гениального ребенка благочестивые бабушки, нянюшки и тетушки уловили в эту паутину. Ницше сам позднее, в «Заратустре» пишет о трех этапах становления человека: этап верблюда, этап льва и этап ребенка. Так вот, Ницше в детстве был верблюдом. На него навешивали и навешивали: ты должен, ты обязан... Как у нас: пятерку принеси, а четверку ругают... (голос из аудитории: «А ведь это неправильно...»).
Это, конечно, неправильно, но так поступали с Ницше, и его этим долгом, этим «это нельзя», «ты должен», «ты обязан» - перекормили. Но, с другой стороны, Ницше, может быть, и сам не понимал (как вообще человек не ценит то, что есть, и ему это кажется нормально и закономерно), не ценил той семейственности, той атмосферы любви (безусловно!) и преданности долгу (не то, что они говорили, а сами не делали!): наверняка и мать Ницше – кстати, ее звали Франциска – и бабушка показывали ему живой пример чувства долга. А когда Ницше сошел с ума, его мать и сестра самоотверженно ухаживали за ним. А сошел он с ума вскоре после того, как написал книгу «Антихристианин». 30 сентября 1888 года он закончил это произведение, и в предисловии к нему написал: «Проклятие христианству!» и еще: «30 сентября 1888 по нечестивому календарю и первый день новой эры». Но это, конечно, уже начиналось безумие. В январе 1889 он уже начал подписываться Der Gekreuzigte («Распятый») (в письме к Георгу Брандесу). Говорят, на Ницше произвела удручающее впечатление сцена избиения лошади туринским извозчиком (Ницше осенью 1888 - зимой 1889 жил в Турине). Сцена с лошадью имела место 3 января 1889, когда Ницше прогуливался по Турину и на площади Карло Альберто увидел, как извозчик немилосердно бьет лошадь. Ницше подошел к лошади, обнял ее и потерял сознание. После этого эпизода он написал ряд «безумных писем» в том числе вышеупомянутое письмо Георгу Брандесу, а также записку, адерсованную Козиме Вагнер (вдове композитора), под которой он подписался «Дионис». В общем, началось безумие. Если человек был психически здоров, а потом обезумел (т.е. кривая поменяла знак), то в какой-то момент, как говорят математики, функция пересекла ось абсцисс. Болезнь, как говорят психиатры, перешла в «манифестную стадию». До этого болезнь протекала «латентно», а потом «манифестировала». Манифестация делает психоз явным для всех. И вот, когда Ницше стал вести себя неадекватно (началось с того, что он обнял лошадь и потерял сознание), его друг Овербек отвез его из Турина в Базель и поместил в клинику для душевнобольных.
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 5 comments